Не губите наши души!

Знаете ли вы, как мы губим наших детей? Не плохими продуктами, не загазованными городами и, даже, не химическими лекарствами, которые так любят прописывать врачи-педиатры.

А губим мы их души. Души или, проще говоря, мечты. Вначале это мечты детства, а потом  юношеские, уже притупленные и не исполненные в молодости, затем плавно переходящие в тоскливую и долгую взрослую  жизнь.
Однажды, будучи еще несмышлеными детьми, мы с подружками сидели в школе и обсуждали:
— Вот если бы я была учительницей, то я никогда бы не ставила двойки, не задавала бы домашних заданий, была бы всегда доброй и приносила бы в школу конфеты. На уроках я с детьми только играла бы, делала всякие интересные упражнения, много рисовала, ставила бы сценки из какой-нибудь английский пьесы и не читала бы нудный учебник! И я клянусь вам девочки, что я такая и буду, когда вырасту? — говорила я. — Я вам обещаю сделать школу – школой радости!
И вот жила я себе и делала все, что только можно, старалась исполнять свои желания и мечты, лишь бы быть счастливой. Но, в юности  я осуществила желания моей мамы — поступила в серьезный институт, вышла замуж и родила ребенка.
Затем осуществила желания социума – пошла работать, а так как мое окружение требовало от меня престижной работы, мне пришлось побороться за место под солнцем. Я была в постоянном поиске новых, все более престижных мест. С должности секретаря-переводчика я ушла на пиар-менеджера, с пиар-менеджера на копирайтера, с копирайтера на руководителя отдела.
Все мои рабочие дни были похожи на схватки в террариуме. Волнению не было предела. Сон и радость исчезали настолько быстро, что я не успевала придумывать себе новые занятия. Денег не хватало на такой отдых, какой мне хотелось бы. О покупке автомобиля или квартиры речь не шла вообще. Зато все свои дни я тратила на битву за моё место под солнцем. Я должна была подсиживать секретарш, менеджеров, писать докладные записки об опозданиях, «стучать» начальству на планерках о не сделанных действиях своих коллег, чем вызывала жуткое раздражение и даже больше – увольнение оных. Меня саму это выматывало так, что нервные вспышки гнева регулярно охватывали меня, причем дома. Ведь на работе, в офисе необходимо было держать реноме.
Всю свою зарплату я тратила на хорошую одежду, ведь все корпоративные вечеринки и офисная жизнь должны были проходить под знаком качества и девизом: «Посмотрите как я одета – значит я живу в достатке, счастлива и работаю в этом здании из стекла и бетона».
Но зачем я там работала и для кого? Ради чего я издевалась над домашними и собой, для кого я глотала таблетки килограммами, сидя на работе? Какому бухгалтеру, директору и просто менеджеру высшего звена я доказывала свою компетентность? И в чем? Было непонятно. В конце концов, я стала регулярно болеть, серьезно и неприятно. Антибиотики облегчали жизнь лишь первое время, затем болезнь снова наступала. Она хватала меня за горло, не давала спать по ночам, чернила мне лицо и заслоняла солнечный свет. Жизнь счастливой офисницы становилась страшной, как в  жутком фильме «День сурка». В этом фильме герой всегда просыпался в одном и том же дне, должен был проделывать одни и те же действия, пока не исправит себя окончательно и бесповоротно. Как только он сделал в своем дне все правильно и сам осознанно этого захотел, он сразу проснулся в новом, счастливом дне.
И вот настал день икс! Уже вторую неделю я пила антибиотики, но болезнь скрутила меня окончательно и бесповоротно. Врач поставил диагноз,  повергший меня в невообразимую тоску и злость. Злость на себя, на несправедливый мир и людей, которые заставляли меня на них работать! Хоть и было понятно, что я сама виновница всего.
Уже через час, не произнеся ни слова,  я написала заявление об уходе. Пришла домой и сказала, что больше на работу не пойду. Слезы, отчаяние и молитва. Это стало первым шагом на пути к моему исцелению. Но исцеляться начала только душа, а телу еще предстояли большие испытания. И я понимала, что заслужила их и необходимо самой выбираться из подобного состояния. Самое главное теперь -любить себя и людей. Так твердила я себе. И оказалась права.
Я достала свой дневник и прочла все свои юношеские мечты: хочу стать артисткой. Хочу вернуться в школу и стать хорошей учительницей. Хочу любить …
Мне шел 29 год. Я потратила кучу времени, я закончила не тот институт, успела даже выйти замуж и родить ребенка, поработать на тысячах работах. И, увы, не осуществила то, чего так желала всю жизнь.
В ближайшие же дни я нашла в интернете аматорскую театральную лабораторию. Я стала участницей голландского проекта, сыграла несколько ролей, вкусила плоды сценичной жизни. Спустя год меня пригласили поработать учительницей в частную школу, где училась моя дочь, преподавать английский по новой альтернативной методике. Еще через какое-то время я уехала в Швейцарию получать новое образование – бесплатно!!!
А потом я организовала свой детский центр. Однажды, я шла по длинному школьному коридору, нервничала. Нажав на ручку двери первого класса, зашла в светлую, уютную аудиторию, где увидела 10 пар лучистых светлых, доверчивых глаз. Они смотрели на меня и ждали чуда. Я посмотрела в окно и увидела голубое небо. Птички летали и чирикали, начиналась весна. Это было местом моего счастья.
«Здравствуйте, меня зовут миссис Кэтрин. И я буду Вашей учительницей английского языка. Я вернулась, как и обещала. Я с вами».

От объятий к бесконфликтному обществу

Мне рассказывали, что в древние времена на Кавказе жило много племён. И эти племена никак не могли выбрать себе общего правителя и из-за этого оказались перед реальной угрозой войны. И тогда старейшины придумали традицию обниматься и целоваться при встрече.
Сначала эта традиция относилась только к старейшинам разных родов. Встречались они и перед разговором о делах обнимались и целовались. После такого ритуала разговор шёл более конструктивно. Сработало. А потом эта традиция ко всем перекочевала и до сих пор сохраняется.
Кого обычно хочется обнять и поцеловать? Того, кто тебе близок. Это такое телесное выражение близости. Близость между людьми – это близость в свойствах, взглядах на жизнь, а не близость совместного проживания или частота общения.
Получается, что можно и обратным путём близость создать. Обнялись, и человек уже не кажется таким чужим.
Это похоже на то, как восстанавливают функции мозга после травмы. Делают упражнения для рук и ног, иглами тело колют. Импульсы от тела идут в мозг, и постепенно к мозгу возвращается способность телом управлять.
Или наработка любых рефлексов и мышечной памяти. Сначала тело мозг обучает, а потом мозг управляет телом. Например, когда машину учишься водить. Сначала обдумываешь каждое движение. А потом можешь думать о чём угодно во время управления. У тебя уже есть рефлекс.
Думаю, этот принцип можно в создании бесконфликтного общества применить. Общество без конфликтов отличается тем, что в нём общие интересы ставятся выше частных, и никто не чувствует себя обиженным и ущемлённым.
Если начать учиться искать общие интересы поверх частных, то постепенно такое поведение станет рефлексом . И неважно, в каком по размеру обществе: в паре, семье, многоквартирном доме, на работе или во всё мире. Как на Кавказе. Обнялись – значит, уже не враги. Так и сейчас: сумели договориться по какому-то простому вопросу – значит, не враги. Можно и по более сложному вопросу попробовать теперь договариваться.
От простого к сложному. Сначала на площадке автошколы учишься ездить или на пустой дороге. А потом и на трассу можно.
Так и с объятиями. Вы часто людей обнимаете?