Как женские желания влияют на мужчин?

Крошечная, с белоснежно побеленными стенами съемная квартирка в солнечной стране. Мой сын приехал сюда год тому назад учиться, и уже три месяца как женат. Я приехала знакомиться с невесткой. Миниатюрная, хрупкая, симпатичная девушка 19 лет, которая стала меня удивлять, если не сказать изумлять, с первых дней.
 — Милый, ты выбросишь мусор? У меня вечно все рассыпается, а ты так классно это делаешь!
 — Димуля, помоешь посуду? У тебя вся она блестит, особенно бокалы, у меня никогда так не получается.
 — Любимый, ты так здорово пылесосишь? Как тебе удается так мастерски помыть полы….
 — Димочка, ты так быстро ориентируешься в магазине, а я совершенно теряюсь. Сходи, милый.
И.т.д.
И мой сынок, никогда нас дома не баловавший своим участием в домашних хлопотах, со счастливым азартом щенка, поощренного за удачный прыжок, мчится выполнять очередное поручение. И неизменно получает в награду щедрый поцелуй и восторженный комплимент.
Как, как этой юной фее удается так искусно, играючи приобщать своего мужчину к исконно бабьим делам, которые она, женщина, согнувшись в три погибели, тащит вместе  со своей работой, воспитанием детей, стиркой, готовкой и прочим? И я, окруженная этой счастливой, удивительно спокойной приподнятой атмосферой, невольно мысленно погружаюсь в традиционную обстановку своего дома, своего быта.
Я возвращаюсь домой позже всех. Правда, и ухожу на работу тоже позже всех, оставляя полные кастрюли с едой и чисто прибранный дом. И что я застаю: раковину, заваленную грязной посудой, неубранный стол, переполненное мусорное ведро. Муж либо читает, либо смотрит телевизор, либо погружен в свои рабочие расчеты. Сыновья делают уроки или заняты чем-то не менее важным. И меня охватывает гнев и обида. И на повышенных тонах начинается тирада: — Почему вы не помыли посуду? Почему не вынесли мусор? Сколько можно? Каждый день — одно и то же. Я что вам, ишак, рабыня?
Нехотя, с трудом оторвавшись от своих занятий, мне отвечают:
— Сейчас закончим свои дела и тогда вынесем, уберем, помоем…
Подгоняемая голодом иду ужинать, при этом, напряженно жду когда кто-нибудь появится. Конечно, никто не прибегает сделать обещанное и я, уже разъяренная, хлопая дверьми, повышая тон на четыре балла, повторяю свои требования.
Муж: — Что ты орешь! Я же сказал, сейчас приду!
И начинается длительная перепалка, заканчивающаяся жестокой ссорой. В доме повисает напряженная, грозная атмосфера, где нет места никаким мирным договоренностям, взаимопониманию, и тем более, любви. Война…
продолжение: часть 2, часть 3

Не губите наши души!

Знаете ли вы, как мы губим наших детей? Не плохими продуктами, не загазованными городами и, даже, не химическими лекарствами, которые так любят прописывать врачи-педиатры.

А губим мы их души. Души или, проще говоря, мечты. Вначале это мечты детства, а потом  юношеские, уже притупленные и не исполненные в молодости, затем плавно переходящие в тоскливую и долгую взрослую  жизнь.
Однажды, будучи еще несмышлеными детьми, мы с подружками сидели в школе и обсуждали:
— Вот если бы я была учительницей, то я никогда бы не ставила двойки, не задавала бы домашних заданий, была бы всегда доброй и приносила бы в школу конфеты. На уроках я с детьми только играла бы, делала всякие интересные упражнения, много рисовала, ставила бы сценки из какой-нибудь английский пьесы и не читала бы нудный учебник! И я клянусь вам девочки, что я такая и буду, когда вырасту? — говорила я. — Я вам обещаю сделать школу – школой радости!
И вот жила я себе и делала все, что только можно, старалась исполнять свои желания и мечты, лишь бы быть счастливой. Но, в юности  я осуществила желания моей мамы — поступила в серьезный институт, вышла замуж и родила ребенка.
Затем осуществила желания социума – пошла работать, а так как мое окружение требовало от меня престижной работы, мне пришлось побороться за место под солнцем. Я была в постоянном поиске новых, все более престижных мест. С должности секретаря-переводчика я ушла на пиар-менеджера, с пиар-менеджера на копирайтера, с копирайтера на руководителя отдела.
Все мои рабочие дни были похожи на схватки в террариуме. Волнению не было предела. Сон и радость исчезали настолько быстро, что я не успевала придумывать себе новые занятия. Денег не хватало на такой отдых, какой мне хотелось бы. О покупке автомобиля или квартиры речь не шла вообще. Зато все свои дни я тратила на битву за моё место под солнцем. Я должна была подсиживать секретарш, менеджеров, писать докладные записки об опозданиях, «стучать» начальству на планерках о не сделанных действиях своих коллег, чем вызывала жуткое раздражение и даже больше – увольнение оных. Меня саму это выматывало так, что нервные вспышки гнева регулярно охватывали меня, причем дома. Ведь на работе, в офисе необходимо было держать реноме.
Всю свою зарплату я тратила на хорошую одежду, ведь все корпоративные вечеринки и офисная жизнь должны были проходить под знаком качества и девизом: «Посмотрите как я одета – значит я живу в достатке, счастлива и работаю в этом здании из стекла и бетона».
Но зачем я там работала и для кого? Ради чего я издевалась над домашними и собой, для кого я глотала таблетки килограммами, сидя на работе? Какому бухгалтеру, директору и просто менеджеру высшего звена я доказывала свою компетентность? И в чем? Было непонятно. В конце концов, я стала регулярно болеть, серьезно и неприятно. Антибиотики облегчали жизнь лишь первое время, затем болезнь снова наступала. Она хватала меня за горло, не давала спать по ночам, чернила мне лицо и заслоняла солнечный свет. Жизнь счастливой офисницы становилась страшной, как в  жутком фильме «День сурка». В этом фильме герой всегда просыпался в одном и том же дне, должен был проделывать одни и те же действия, пока не исправит себя окончательно и бесповоротно. Как только он сделал в своем дне все правильно и сам осознанно этого захотел, он сразу проснулся в новом, счастливом дне.
И вот настал день икс! Уже вторую неделю я пила антибиотики, но болезнь скрутила меня окончательно и бесповоротно. Врач поставил диагноз,  повергший меня в невообразимую тоску и злость. Злость на себя, на несправедливый мир и людей, которые заставляли меня на них работать! Хоть и было понятно, что я сама виновница всего.
Уже через час, не произнеся ни слова,  я написала заявление об уходе. Пришла домой и сказала, что больше на работу не пойду. Слезы, отчаяние и молитва. Это стало первым шагом на пути к моему исцелению. Но исцеляться начала только душа, а телу еще предстояли большие испытания. И я понимала, что заслужила их и необходимо самой выбираться из подобного состояния. Самое главное теперь -любить себя и людей. Так твердила я себе. И оказалась права.
Я достала свой дневник и прочла все свои юношеские мечты: хочу стать артисткой. Хочу вернуться в школу и стать хорошей учительницей. Хочу любить …
Мне шел 29 год. Я потратила кучу времени, я закончила не тот институт, успела даже выйти замуж и родить ребенка, поработать на тысячах работах. И, увы, не осуществила то, чего так желала всю жизнь.
В ближайшие же дни я нашла в интернете аматорскую театральную лабораторию. Я стала участницей голландского проекта, сыграла несколько ролей, вкусила плоды сценичной жизни. Спустя год меня пригласили поработать учительницей в частную школу, где училась моя дочь, преподавать английский по новой альтернативной методике. Еще через какое-то время я уехала в Швейцарию получать новое образование – бесплатно!!!
А потом я организовала свой детский центр. Однажды, я шла по длинному школьному коридору, нервничала. Нажав на ручку двери первого класса, зашла в светлую, уютную аудиторию, где увидела 10 пар лучистых светлых, доверчивых глаз. Они смотрели на меня и ждали чуда. Я посмотрела в окно и увидела голубое небо. Птички летали и чирикали, начиналась весна. Это было местом моего счастья.
«Здравствуйте, меня зовут миссис Кэтрин. И я буду Вашей учительницей английского языка. Я вернулась, как и обещала. Я с вами».