Как литература и авторская сказка могут помочь в воспитании детей

Часть 1, часть 2.

Окончание. Часть 3. Еще раз о гадком утенке, гадких лебедях, почтенных утках  и новом подходе к воспитанию детей

Совершенно отдельное место в культурном воспитании ребенка занимает художественная, авторская сказка. Андерсен — это классика, тонкая, умная, изящная, это книги не для детей, а для взрослых скорее. И история о «Гадком утенке» одна из самых поэтичных. «Гадкий утенок» – аллегорическая история о незаслуженных, неожиданных, с обычной точки зрения, страданиях, которые  сыплются на голову живому существу, потому что он — другой. Весь мир его отвергает, но он выживает, развивается и становится красивым не потому, что он лебедь или утка, он из утки превращается в лебедя и оказывается в другом окружении. Он «родился уткой», но, пройдя все испытания, стал лебедем. Это аллегория. Когда мне было плохо в детстве, эти сказки согревали меня и давали надежду. Я верила, что могу превратиться, если не в лебедя, то уж, по крайней мере, научусь плавать.
il-kak-literatura-i-avtorskaya-skazka-mogut-pomoch-v-vospitanii-detey
Может, русские народные сказки под редакцией Афанасьева (помню, в «Крошечке-Хаврошечке»: «Что ты, сука, ела-пила» – просто в ужас повергло меня) и надо только славистам изучать. У братьев Гримм, помнится, меня впечатлила, сказка, в которой родителям было нечего есть, и они отвели детей в лес и оставили их там. Тоже, конечно, история.
Но вот «Аленький цветочек» Аксакова, из которого потом «Beauty and the Beast» сделали, (правда, в оригинале чашки не пели) — это искусство… Это, как раз, о верности, о том, что не все золото, что блестит, и что часто за неприглядным обликом скрывается доброе сердце, что именно злые поступки превращают человека в чудовище, но если он изменит свое сердце, то станет прекрасным принцем. Кстати, детям на таких образах проще объяснить вполне взрослые понятия о добром и каменном сердце.
Вполне наглядно: сделал зло — на тебе портрет Дориана Грея, сдала добро — вот тебе из Золушки — принцесса. И объяснять, что все это внутри: и добро, и зло, и чудовище, и принцесса…
Это тоже игра, но красивая. Это театр, а не дворовая самодеятельность.
Без этого жизнь схематична, слишком рациональна, и нет в ней предчувствия чуда, которое так важно в юности.
Истории из раздела «Добрые сказки» замечательны и важны. Но в воспитании детей должны уживаться и «Тимур и его команда» и «Стойкий оловянный солдатик». Если же комментировать художественные произведения, как сделал это критик «Гадкого утенка», то и картину Репина «Иван Грозный убивает собственного сына» можно откомментировать не как трагедию, а как картину, пропагандирующую насилие со стороны родителей.
Литература, которую мы читаем детям, должна задевать все стороны личности ребенка: мышление, воображение, эмоции, поведение. Но сказки развивают фантазии ребенка, его воображение. Придумывая сказки вместе с ребенком, мы можем узнать о его скрытых желаниях и потребностях, если будем проявлять чуткость, доброжелательность и искренность, мы сможем попасть в волшебное пространство, в котором откроется возможность проявить наши добрые чувства и стать ближе друг к другу.

Как знакомить ребенка со сказками?

Начало. Часть 1 «Сказки и потешки для раннего развития детей»

Часть 2. А счастлива ли та женщина, которой достался в мужья Иванушка-дурачок?

Когда у ребенка сформируется способность образно представлять и фантазировать наступает пора волшебных сказок. Признавая заслуги этого жанра, я бы оставила этот раздел сказок фольклористам, которые с удовольствием их препарируют и даже классифицируют с помощью формул, например: O1SˉFˉM — героические сказки, змееборческого типа (АТ 300—301), B1DˉSM — сказки об изгоняемых из семьи, отданных во власть лесным демонам (АТ 480, 709) и т.д..
il-kak-znakomit-rebenka-so-skazkami
Каждому персонажу фольклорной сказки действительно отведена собственная роль. Так вот, роль Бабы-Яги двойственная: хозяйка леса, которую надо задобрить, и злобное существо, сажающее детей на лопату, чтобы зажарить. Выбирайте, что вам больше нравится, но сюжета, в котором бы эта старуха добровольно помогала добру-молодцу и красной девице, не известно. А вот с Кащеем, скаредным чародеем, хранителем подземного царства, да, она воевала, пользуясь современными терминами, за сферы влияния.
Если Иван дурак «свободен от амбиций, страха и желаний», то почему же он всякий раз норовит жениться на царской дочери, получить приданое, богатство, славу? Ну, а на тему «Счастлива ли та женщина, которой в мужья достался Иванушка-дурачок?» просто интервью на улице провести можно.
Фольклорная сказка, по своей сути, является неким отражением природной народной сути. Вот, русский мужичок по натуре ленивый: на печи ему привычнее, потому что и тепло, и как транспортное средство пригоже (ну, в лес там, за дровами и т.д. — Емеля). Но он хоть и наивный, но в смекалке ему не откажешь. В славе особенно не нуждается: слез с печи, разгромил войско вражеское – и опять на печь, даже имени своего не назвав (Илья Муромец). За богатством особенно не гонится — не готов, как герои латышских сказок работать и копить копейку к копейке, чтобы купить лошадь и работать еще больше, но если богатая невеста подвернется, то отчего же ее не рассмешить, если за это станет на царство? Так что это малое дитя, которое к тридцати годам плохо на ногах держится и с руками не в ладах (Илья Муромец), весьма и сейчас распространенное явление. Но в отличие от былинного героя современные часто беспомощные молодые люди так и не сходят с родительской печи, так как излишняя опека лишает их всяческой инициативы. Ну, это уже тема другого разговора.
Вообще я впервые встретила попытку одухотворить волшебную фольклорную сказку и использовать ее в качестве объяснения таких понятий, как эго, поиск своего я, эгоизм, преодоление самого себя и т.д. у автора «Герои русских сказок воспитывают детей и родителей». Для взрослого человека – довольно странный выбор материала для работы над ошибками. А детям гораздо полезнее познакомиться с персонажами этих сказок именно с точки зрения культурных традиций и продолжения этих традиций в работах художников и музыкантов.
Например, можно рассказать о том, что Змей Горыныч встречается в сказках других народов, что свидетельствует об общих культурных традициях, показать его характерные черты, продемонстрировать, наконец, копию с картины Ивана Билибина и т.д..  Хотя можно поступить и наоборот – объяснить ребенку сюжет картины, рассказать либретто к сказочной опере. Все зависит от эмоционального состояния ребенка.
В любом случае восприятие сказки должно способствовать повышению у ребенка уверенности в себе, своем будущем, а не пугать его, поэтому, если вы решите читать волшебные фольклорные сказки, то начинать лучше с произведений, имеющих простой сюжет с последовательно развивающимися событиями и счастливым концом. Необходимо помнить, что персонажи волшебных сказок могут вызывать у ребенка страхи, и лучше использовать сказки, в которые вы сможете внести изменения по ходу действия.
Окончание. Часть 3. Как литература и авторская сказка могут помочь в воспитании ребенка

Сказки и потешки для раннего развития детей

Часть 1. «Строили ладошки домик для матрешки». О роли фольклора в раннем развитии детей.

 Сказка – ложь, да в ней намек, Добру молодцу – урок.

Русская народная пословица

«Что за прелесть эти сказки. Каждая есть поэма».

А.С. Пушкин

Некоторое время назад, прочитав статью «Гадкий утенок. Новый взгляд на детские книги» и комментарии к ней, свидетельствующие о большом интересе к теме, решила я написать ответ. Размахнулась, да отложила свои размышления в сундучок, ключик от которого бережно спрятала в яйцо, яйцо в утку и т.д..

Но тему не оставляла и старательно заглядывала в раздел «Добрые сказки».

И, наконец, новая яркая статья о том, что «герои русских сказок воспитывают детей и родителей», побудила открыть сундучок и подключиться к важному разговору о сказках и их роли в воспитании детей.

Статья «Гадкий утенок. Новый взгляд на детские книги» поднимает очень важный вопрос о воспитании, и здесь прослеживается несколько серьезных проблем, одна из которых имеет возраст человечества: взаимоотношения отцов и детей – старшего поколения и подрастающего.

И проблема эта заключена в противоречии желаний: старшее поколение жаждет передать опыт, а новое – обрести свой собственный.
Современный мир невозможно назвать безмятежным и радостным, а значит, отцы, сколько бы ни старались, не смогли «сказку сделать былью». Молодое поколение подсознательно ставит это в упрек и ищет вполне революционные пути: «Отречемся от старого мира – отряхнем его прах с наших ног». Вопрос только в том, стоит ли разрушать все до основания, а затем строить новый мир — использовать революционный или эволюционный метод перехода?
Новый подход к созданию литературы для детей предлагают и авторы «Добрых сказок». Но ведь, с точки зрения жанра, эти произведения нельзя отнести к сказкам, несмотря на присутствие в них «волшебных очков». По жанру это нравоучительные повести с элементами фантастики. Но с нравоучениями детям надо быть очень осторожными. Как сказал К.Д. Ушинский в статье о первоначальном преподавании русского языка: «Таково уж свойство души человеческой: привыкая к фразе, она перестает отвечать чувствами на эту фразу. …Тоже самое, что я сказал о преждевременном вызывании чувства, относится и к морали. Если вы хотите сделать дитя негодяем, то приучите его с детства повторять всевозможные нравственные сентенции, и потом они уже не будут производить на него никакого влияния».
Так как же нам, подчеркиваю, на самом раннем этапе помочь формированию личности ребенка, обучению в семье нормам и цели жизни, с тем, чтобы в дальнейшем вырастить активного гражданина нового, глобального общества?
В этом нам поможет игра и сказки, как элемент игры. Но выбирая сказку, мы должны, прежде всего, заботиться о том, чтобы сказка соответствовала уровню развития малыша, то есть понимать, например, почему в раннем детском возрасте ребенку интересны фольклорные сказки о животных, когда появляется способность воспринимать волшебные сказки и, наконец, познакомить его с литературными сказками.
На первой стадии своего интеллектуального развития ребенок овладевает сенсорными и моторными действиями, то есть на него воздействуют только его непосредственные ощущения (ощущаю, вижу, слышу). Поэтому в первый год жизни он так замечательно воспринимает материнский фольклор: колыбельные песни, пестушки, потешки, коротенькие стишки-присказки при игре с различными предметами, движении. Это помогает ему развиваться и осознавать свое тело. Когда же он сможет удерживать в памяти собственные действия с предметами, приходит время простейших фольклорных сказок о животных, которые близки малышу эмоционально.
Простейшие потешки типа «Идет коза рогатая», «Ладушки-ладушки», «Ехал па-пан», сопровождаемые движениями,  развивают положительные эмоции, зрительное и слуховое восприятие, а уж как радостно воспринимает ребенок упражнения для развития тонкой моторики рук, если мама приговаривает: «Сорока-белобока», «Пальчики в лесу», «Этот пальчик – я». Тут уж малыш и массажу не противиться, и память развивает и получает стимул для речевого развития.
А вот на незатейливой сказке о репке уже можно будет и понятийный аппарат обогащать, объясняя, как важно действовать вместе, чтобы справиться с задачей, что ради этого можно забыть о разногласиях (между собачкой киской, киской и мышкой), что результат совместных усилий принадлежит всем, поэтому важно делиться и т.д..
Ребенок любит сказку потому, что она помогает ему усваивать важную информацию в игровой форме, без наставлений и ограничений. Малыши просто подражают звукам, движениям и действиям сказочных животных и, таким образом, учатся выстраивать отношения с окружающими предметами и миром. Не стоит опасаться, что в книжке беленькая козочка с ведерком руке поет своим деткам: «Козлятушки-ребятушки…». Очень скоро ребенок научится интуитивно понимать отличие этого персонажа от реальной серой козы, щиплющей траву на поле.
Не бойтесь фольклора. Просто тщательно отбирайте материал, благо, русская традиция изобилует им.
Продолжение. Часть 2. Как знакомить ребенка со сказками?

Штучный товар или несколько слов в оправдание ЕГЭ

Тема образования, образованности и воспитания (прошу не путать и не запутаться в понятиях!) не может оставить равнодушным никого, независимо от того, есть собственные дети или нет, прежде всего, потому что все мы хотим жить и жить качественно. А, следовательно, нас волнует следующая ступень, следующее поколение, потому что в той же мере, в какой оно зависит от нас, мы зависим от него, от того, насколько оно будет образованным, думающим, чувствующим, понимающим, воспитанным, душевным и, да — духовным.

Вот почему мое внимание привлекла статья «Образование становится дорогим и штучным товаром», которую я, прежде всего, рассматриваю как приглашение к тому, чтобы поразмыслить, обсудить и, может быть, попробовать оценить свои возможности в том, что каждый из нас может сделать, чтобы помочь детям.
Видно, что автор беспокоится о судьбе молодого поколения, но как-то невнятны претензии к образованию. Совершенно очевидно, что лучше быть образованным человеком, чем неучем, а значит, определенный набор знаний в отдельных областях просто необходим. Вопрос об энциклопедичности (широте, так сказать, предметной) и глубине познаний в той или иной области. Как много дисциплин стоит освоить ребенку в школе, и как много он должен усвоить в рамках отдельной дисциплины?
Совершенно очевидно, что основы математики необходимы, чтобы хоть чек в магазине проверить и т.д. Ну, вот такие базовые знания даются на первом этапе: арифметика и грамматика. Далее знания углубляются: появляется литература и математика, а также азы других наук. Чем шире кругозор, тем больше представление об окружающем мире, его возможностях, тем больше появляется возможность выбирать. А вот уже в старших классах часто появляются дополнительные возможности изучать выбранные предметы.
Никого ЕГЭ не оболванивает. Ну, с какой стати ученик, сдавший ЕГЭ, вдруг непременно «перестанет осознавать себя… элементарно связно мыслить», превратится в жвачное животное перед телевизором, а вот без этого экзамена, но с навыками оратора, не превратится в демагога. И почему это так необходимы в школе уроки актерского мастерства (Эвона как! Не больше и не меньше – каждой школе по Станиславскому!). Этому как раз учить наших школьников уже не стоит, этому они нас научат сами, как раз число доморощенных актеров среди них – хоть отбавляй.
На каких «тех и этих» делит ЕГЭ и что «построено от противного»?
Хотя автор не уточняет, об образовании в какой именно стране он говорит (статья звучит очень общо: «что всегда было хорошо, стало плохо»), но заветное слово ЕГЭ как-то проясняет географию катастрофы и упадка. А ЕГЭ – всего-навсего неудачная попытка скопировать американский SAT. Чтобы поступить в университет в Штатах нужно заявить, что ты обладаешь определенным набором знаний. Этот экзамен сдается не в школах, а в специальных центрах, и представляет собой совершенно обезличенную процедуру, что делает невозможным коррупцию, подтасовку и т.д.. Кто раз сдавал хотя бы TOEFLE или ELTS, представляет себе процедуру. Ну, кто же виноват, что у нас, как не возьмутся что-нибудь делать, то непременно выходит автомат Калашникова.
По поводу набора дисциплин, необходимых к изучению, спору нет, что важны естественнонаучные дисциплины (математика, физика, химия, биология и т.д.) и гуманитарные (языки, литература и т.д.). И остается только откровенно сожалеть, что в новой образовательной программе как раз этому уделяется меньше внимания, чем скажем, патриотическому воспитанию и физкультуре.
Но чем менее образованы люди, тем проще ими управлять и манипулировать. Тут уже, к сожалению, политическая тенденция просматривается.
Совершенно оскорбительно и безосновательно звучит заявление, что «даже если повезло с учителем, учитель не сможет научить ребенка ничему, кроме как тыкать в небо пальцем».
Да нет, это как раз происходит, когда не повезло с учителем. А не повезло потому, как раз, что образование становится дорогим. Оно и всегда, даже в советское время, стоило усилий и денег родителям: музыкальная школа, книги, дополнительные занятия, театры, выставки и т.д. – все было не бесплатно. И некоторые родители, которые стремились дать детям больше знаний и навыков, шли на большие жертвы, так как и деньги в то время заработать было очень трудно. Но теперь это становится не просто дорого, но очень дорого, хотя бы потому, что в школах стала процветать система косвенных вымогательств и т.д. Это проблема.
Проблема также в том, что исчезает система наставничества, когда учитель не просто предметник, но также и наставник, то есть влияет на мировоззрение учеников, несет этическую и моральную составляющую в процесс.
Я говорю, что исчезает система наставничества, а не исчезла, потому что есть наставники, но это, пользуясь словарем автора, штучный товар.
Есть и школы, и гимназии, и лицеи, и частные школы, и различные программы, и педагоги, но, к несчастью, это не всегда и не всем доступно.
Поэтому стоит говорить не о том, что не существует хороших учебников и школ, а надо заботиться о том, чтобы образование качественное было доступно всем.
А для этого надо не во фронт к школе стоять, а действовать в союзе с образовательной системой, не «караул!» кричать, а методично действовать: предлагать методики по внеклассным занятиям, например, хотя бы для группы в которой учится ваш ребенок для начала, организовывать экскурсии и т.д.
Давайте начнем с того, что определим, что мы можем сделать, чтобы помочь в данной непростой ситуации, и начнем делать. И всегда, нам следует понимать, что если нам не нравится мир, то следует изменить собственное отношение к нему. Станем конструктивными, созидающими, интегральными!

Ребенок хочет быть первым

Желание быть лидером заложено в человеческой природе, но проявляется оно в отдельных людях с разной силой.

Именно сила этого желания и определяет меру его проявления, иными словами, станет ли человек действительно лидером, причем, склонность к явному лидерству становится заметна в достаточно раннем возрасте.

Но следует различать примеры лидерства и эгоцентризма, когда ребенок желает быть первым не по праву, так сказать, а для того, чтобы быть в центре всеобщего внимания. Эти дети, если таковые обнаруживаются в группе, стараются, прежде всего, завладеть вниманием взрослого, неважно, будь то воспитатель в детском саду, учитель в классе или инструктор в летнем лагере.

Прилежные дети будут стремиться отвечать на все вопросы (даже, порой, не зная правильного ответа), требовать похвалу (даже за посредственное выполнение задания) и бурно переживать «поражения».

Гиперактивные эгоцентристы часто стремятся привлечь внимание поведением, которое, с точки зрения взрослой этики, считается дурным: они кричат, перебивают, активно мешают на занятиях, часто демонстрируют протестное поведение. Это может показаться невероятным, но они также мечтают о похвале, но не видят возможностей заслужить её.

В принципе, по поведению таких детей можно предположитm каково их домашнее окружение.

Чаще всего прилежные эгоцентристы активно поощряются домашними: любящие родители (к коим следует отнести и бабушек, и дедушек) не просто искренне восхищаются талантами своих чад, но часто достаточно рано поощряют ростки конкуренции, демонстрируя собственную жертвенность и подчиненность интересов всех членов семьи интересам ребенка. Таким образом, в сознании ребенка выстраивается картина окружающего мира, в центре которой находится он сам, а окружающие выстраиваются на орбитах по приоритетам возможного использования.

Напротив, гиперактивным эгоцентристам чаще всего кажется, что они обделены должным вниманием дома: у них отсутствует картина стройного мира, центром которого они являются, поэтому они стремятся разрушить окружающий мир – ведь в нём их нет.

Проблемами адаптации таких детей в группе следует заниматься терпеливо и деликатно. Прежде всего, необходимо понимать, что человек совершает любой поступок в надежде достичь удовольствия, насладиться результатом. Тем лучше, надо научить таких детей получать удовольствие не от того, что всеобщее внимание приковано к нему (в конце концов, это рискованно: можно и впросак попасть), а от того, что он участвует в общем действии и достигает результата вместе с группой. Надо изыскать возможность подготавливать задания и вопросы, на которые необходимо будет искать ответы совместными усилиями.

Если необходимо, то следует разбивать группу на подгруппы по 3-4 человека, распределять обязанности между членами подгруппы. Пусть каждый почувствует личную ответственность и значимость как результат этой ответственности: я замечательный не сам по себе, а потому что от моих действий хорошо всей группе.

Можно также предложить заранее установить очередность, в которой будут выступать дети или отвечать на вопросы, менять эту очередность и т.д.

Воспитатель должен не упускать возможности, чтобы помочь почувствовать эгоцентричному ребенку, что можно получить удовольствие от того, что ты помогаешь кому-то, радуешься чьим-то успехам, а это возможно сделать только в групповых мероприятиях, исключающих конкуренцию.

На начальном этапе не стоит переживать, что, в принципе, вы предлагаете детям также заботиться о собственном удовольствии, но в другой форме. Пусть на начальном этапе вы поможете ему освободиться от эгоцентризма, научив его получать удовольствие от совместных действий.

Успешно решив эту задачу, вы сможете помочь ему продвинуться дальше, когда жизнь и благополучие его товарищей станет приносить ему несравнимо большую радость, чем собственные победы.