Успех нам только снится?

Часто размышляю: вот было бы больше времени, я бы, наконец, села писать книгу, учила бы английский, занялась бы зарядкой для зрения, навестила бы двоюродного брата, связала бы свитер, ложилась бы пораньше и встречала бы рассвет… Вместо этого я часами торчу «В контакте», горблюсь за ноутбуком, прохожу очередную серию тестов «Какой ты собеседник?», качаю обновленную версию игры «Онлайн рукоделие», и все это допоздна, допоздна… Читать далее «Успех нам только снится?»

Во мне проснулась Мэри Поппинс

Осень — моя любимая пора года: обилие красок и острота запахов превращают меня в гурмана. И вместе с тем, осень дает много поводов для размышлений. С длительной задумчивостью приходит и грусть. В детстве я списывала хандру на банальную ностальгию по лету. Повзрослев, стала копать глубже и обнаружила много интересных подробностей. Читать далее «Во мне проснулась Мэри Поппинс»

Нет любви? Давайте в неё поиграем!

Теплый осенний вечер. В одиночестве грущу на лавочке в парке. Думаю о том, как нехорошо мы повздорили с мужем, и как на этом эмоциональном фоне здорово досталось и моей подруге. Мысли заняты тем, как теперь всё вернуть на круги своя, причем так, чтоб при этом лицо сохранить.
…на соседней скамейке устроилась молодая пара с маленьким ребенком. Когда малышка попросила водички, папа вынул из кармашка коляски «мензурку» и, пока ребенок пил, осторожно придерживал донышко бутылочки. Мама все это время копалась в телефоне и как бы невзначай небрежно бросила: «Ты б её ещё к груди приложил». Муж никак не отреагировал: дочка поглотила всё его внимание. Читать далее «Нет любви? Давайте в неё поиграем!»

Права ли «маменька»?

Ехали с подругой в поезде «Одесса–Симферополь». Поскольку рейс был поздний, все пассажиры торопились лечь спать. Наши соседи по купе – мама с маленьким сыном.

Мы уже расстелили постели, каждая забралась на свою полку. А наши спутники как раз стали выяснять отношения. Читать далее «Права ли «маменька»?»

Глупость или часть большого замысла?

В детстве мы любили забираться на высокий тополь и смотреть сверху на прохожих, спрятавшись в густой листве. Иногда развлекались так по нескольку часов подряд. В таких случаях мы предусмотрительно брали с собой самую вкусную детскую еду: хлебные корки и яблоки.
Часто в глазах взрослых читалось искреннее желание посидеть рядом с нами. Казалось, стоит протянуть им руку — и они окажутся на ветвях развесистого тополя. Но они пожимали плечами, смущенно улыбались и шли дальше.
Хотя их поведение казалось нам весьма противоречивым, мы не пытались искать ему какое-либо объяснение. Просто улыбались в ответ и продолжали свою игру — наблюдали.
Сегодня похожие чувства я испытываю, когда человек просит помощи, а в итоге отказывается ее принять. А если и соглашается, то через секунду сломя голову снова бежит наступать на грабли. Сначала меня это, конечно, возмущает: «Ну как же так? Это ведь нелогично!».
Потом я смотрю на ситуацию глазами пятилетней девочки и выводы становятся другими: не обязательно до конца понимать мотивы тех или иных человеческих поступков. Пусть даже они кажутся самыми что ни на есть глупыми. Важнее, по меньшей мере, принимать их, по большей — видеть в них часть большого замысла.
Приблизительно так же мы реагируем на погодные явления. Никто не спорит с ливнем и ураганом — каждый, по возможности, старается их переждать.

Как бы не стать Робинзоном в миллионном городе…

Почему с одними людьми нам легко и комфортно, а с другими отношения натянутые, без видимой на то причины?
Ответ на этот вопрос у меня рождался экспериментальным путем. Несколько лет в студенческом общежитии дают хорошее понимание, чего стоит ожидать от людей, а главное — чего от них ожидать не стоит.
Первый курс. Трое девчонок в одной комнате. Каждая занята своими делами: одна смотрит сериалы, вторая готовится к очередной дискотеке, третья пытается учиться. За год совместной жизни компромисса мы так и не нашли. Разбежались на все четыре стороны.
Только несколько лет спустя я поняла, что на самом деле хотела показать мне в тот момент жизнь и для чего столкнула с неинтересными для меня людьми. Откровенно говоря, в первые годы студенческой жизни я была слишком зациклена на себе, на своем времени, на своей успеваемости. И судьба подбросила мне раздражителей — людей с противоположными ценностями и также зацикленных на себе. Каждая из нас выставляла напоказ свой эгоизм: демонстративно, либо исподтишка.
Я хорошо помню свои ощущения: моим способностям не замечать внешние раздражители могли позавидовать даже опытные йоги. Я готовилась к экзаменам, когда моя соседка по комнате слушала Эминема, а вторая болтала по телефону с подружкой. Как я тогда считала, это меня закаляло. Думаю, каждая из нас так считала.
Сегодня я понимаю: несколько лет такой жизни — и можно стать Робинзоном даже в многомиллионном городе. Когда все вокруг тебя не понимают, появляется устойчивая привычка и внутреннее оправдание того, чтобы покрепче запереться в своей скорлупе.