Что зависит от окружения?

с кем поведешься, от того и наберешься… (пословица)

Один преподаватель, гражданин западноевропейской страны, влюбился в нашу соотечественницу и в Россию заодно. Настолько, что твердо решил после свадьбы жить в России. На родине его ничего особо не держало — дети от первого брака выросли, а работа не волк, к тому же уже пенсия на носу.

С европейской практичностью он подсчитал, что денег, вырученных от продажи его дома в пригороде европейской столицы и его скромной учительской пенсии должно хватить на безбедное существование в российской глубинке. И еще должно остаться внукам и будущим правнукам, ежели те надумают открыть свой бизнес 🙂

дом

Его очаровал маленький городок, в котором жила его избранница, и он с радостью выставил свой

дом на продажу, уже мысленно попрощавшись со своей родиной.

Надо сказать, что жил он на окраине, в микрорайоне из одинаковых одноэтажных коттеджей, белых, с псевдочерепичными коричневыми крышами. Метраж и планировка домов не отличались. Материалы, из которых они были построены, тоже. Окна в гостиной — в пол. Большой ровный газон перед этими окнами. И растущий сам по себе аккуратный цветник, за которым почти не надо ухаживать. Одинаковые камины. Одинаковая система отопления. Добротные материалы и, по нашим меркам, вполне внушительная площадь…

Однако риэлтор, который пришел оценивать дом, оценил его на 250 000 долларов дешевле, чем дом соседа.

В чем же дело? Может быть, у соседа дом был роскошно обставлен старинной антикварной мебелью? Или на стенах висели картины, которые представляют собой потенциальные лоты на ближайшем аукционе Сотбиc? А может быть, он сам производил впечатление человека, у которого «дешево не купишь», потому что обладал манерами дворянина и курил дорогущие сигары?

Вовсе нет. Кстати, сигары как раз могли б сыграть злую шутку, поставив галочку в пункте «посторонние запахи». А насчет картин — ничуть не бывало, белые стены обоих домов украшали разве что принты-репрорукции в тонких деревянных рамках, или даже в пластмассовых под дерево, кто их разберет… Антикварной мебели, лепнины, авторской перепланировки, каких-либо излишеств тоже ни в том, ни в другом доме не наблюдалось. У обоих хозяев обстановка была практичная и довольно скромная, словно со страниц каталога IKEA.

Но оказывается, в риэлторской оценке существует графа, которую на русский можно перевести как «окружающая среда» или проще «соседи». Вот на этом-то и погорел наш знакомый.

Дело в том, что у его соседа периодически случались запои. Происходило это громко и для тех краев было довольно необычно. На обстановку внутри дома это волшебным образом не влияло. Даже газон около соседского коттеджа был таким же ровным.

И у того самого соседа с этой графой было все в порядке, ведь его-то сосед (наш знакомый) — одинокий приличный мужчина в годах, который ходит разве что в церковь и в библиотеку, не шумит и не создает проблем окружающим своим существованием рядом.

А ведь такая графа существует не только в риэлторской оценке, но и в жизни вообще. Взгляд на нас и само восприятие нас со стороны зависят от нашего окружения.

Когда сварливая жена мудрее милой и спокойной

Как-то раз, в узком кругу, мы обсуждали ассоциации, которые возникают с разными словами и их сочетаниями. И одно из них было «черная яма». Вроде бы, очень негативное словосочетание, навевающее тоску и холод. И ничего хорошего от него ожидать не приходится. Но оказалось, что это и место, где клад зарыт, и убежище, и фундамент для дома, и черная дыра. А черная дыра, в свою очередь, у меня проассоциировалась с … требовательной женщиной (!!!), которая, в свою очередь, представляет собой огромный потенциал для мужчины, который рядом. Почему так? Да потому что она требует и вместе с тем ВЕРИТ, что он МОЖЕТ.

Поясню.
Долгое время я думала, что перспективные отношения – это те, в которых есть понимание. А что есть понимание? Ну, конечно же, всячески поддерживать, входить в положение, не пилить за недостатки и вредные привычки, не нудеть по поводу «хочу то…» «хочу это…»
Но недавно мне открылось, что всё не совсем так. Сама жизнь часто подтверждает обратное. – Вы случайно никогда не замечали, как мужчина живет со сварливой женой, его бизнес идет в гору, а потом они разводятся, он женится на милой спокойной девушке без особых притязаний, и бизнес потихоньку разваливается. Казалось бы, отчего так? Ведь больше никто не пилит… А вот оттого и разваливается. Стимул стал слабее, усилий меньше.
И наоборот, — семейная пара, поженились в студенчестве, сыграли свадьбу в общаге, прошли вместе и коммуналку, и перестройку, и эмиграцию, и безработицу, — казалось бы, настоящие соратники, чего еще желать. А потом – бац! Встретил другую. Вроде, ни кожи ни рожи, губки надутые и вечно требует чего-то – то ей гoржетку соболиную подавай, то она на курсы какие-то непонятные хочет, то в Перу. И при всём этом, бизнес, стоявший на месте и даже требовавший «поддержки из тумбочки» со времен той самой перестройки, верно идет в гору!
С чего бы вдруг?

Неужели оказывается, что иногда «сварливая» бывает мудрее «милой и спокойной»?
Как вела себя та самая сварливая жена из моего примера? Полагаю, примерно так: «Дорогой, я так хочу …(а тут вставь, что именно она хочет – поездку, посещение тренинга по личностному росту, да даже пресловутую шубу!!!) Ты даже не представляешь себе, как я этого хочу!!!».
А милая и спокойная — как? Наверное, старается быть для своего избранника мега-хорошей и гипер-полезной и ничего «лишнего» не просить. На всякий случай. Чтоб полезнее и лучше он не сыскал на всём белом свете.
Когда «спокойная» жена говорит: «да, я согласна, мы не можем себе этого позволить», то муж слышит ее подсознательное: «Рядом с тобой, а ты не особо-то и способен на что-то, мне ничего не хочется»…

На самом деле, как мне сейчас кажется, если женщина героически кидается на амбразуру нелюбимой работы или демонстративно сама красит стену, тащит тяжеленные сумки, а не говорит «я хочу», –то она как бы говорит мужчине, который рядом: «Ты не справишься».
Она своими действиями транслирует ему, что он ни на что не годится. Что она в него не верит и ему не доверяет. Не видит в нем энергии и потенциала. Тогда он чувствует себя вправе подтвердить ее слова и укладывается на диван к телевизору. Или как-то по-другому расслабляется.
У меня в жизни было несколько начинающихся, вроде как, серьезных взаимоотношений. А надо сказать, что воспитывалась я ещё в Советском Союзе, где все должны были быть лучшими, иначе никак, где пятилетка за два года и где мальчики от девочек отличались разве что цветом школьной формы – у девочек коричневая, у мальчиков темно-синяя.
И в отношениях я старалась быть на равных или лучше, помогать, брать на себя больше, быть полезной… Так что после расставаний я всегда чувствовала огромное облегчение. А на том берегу – сначала просили вернуться, а потом вдруг расправляли плечи и дела резко шли в гору. Росли деревья, рождались сыновья, строились дома. А в новые хоромы бывшие бездельники обильно несли мамонтов. Естественно, не мне.
Неужели, именно «непонимающая» женщина подталкивает мужчину к успеху?
Может быть, муж злится на нее и на жизнь, которая ему такой подарочек подкинула, но при этом он подспудно понимает, что если она чего-то требует, значит, считает его на это способным.

А как думаете Вы?
 

Пионерский галстук

Я успела побывать пионеркой. Правда, недолго музыка играла – всего-то с третьего класса по шестой. А дальше грянула перестройка, отделение Литвы от Советского Союза и всякие политические перипетии, отменившие галстуки на корню.
Пионерский галстук
Но тогда, в третьем классе, когда нас принимали в пионеры, у всех было праздничное настроение, начинала цвести сирень, а мне было немного грустно.
Дело в том, что я еще дома примерила пионерский галстук, и мне показалось, что его красно-морковный цвет мне не идет. Я пожалела, что галстуки не бордовые, и расстроилась.
И я где-то в мамином шкафу нашла мятую алую шелковистую тряпочку. Цвет был изумительный. Чуть темнее и глубже, чем просто красный. И я, несомненно, ее и носила.
Замечаний мне никто не делал, потому что расхождение с нормой было совсем небольшим. Было видно, что что-то не так, как у других, а что именно – непонятно. Бывало, некоторые приходили в легкое замешательство, но не понимали, почему. А я тихо радовалась: я ведь и цели своей добилась (отличаюсь от других, цвет мне идет) и никого не обидела. И это было моей маленькой тайной.
Одна въедливая чужая учительница как-то сделала замечание, но я с гордым видом ответила, что это мамин галстук. Возможно, так оно и было, я маму не спрашивала. И чужая учительница уважительно кивнула.
Ведь если б я вдруг решила, что мне к лицу синий или зеленый, и смастерила бы себе такой экзотический пионерский галстук, то замечаний я бы быстро дождалась. Возможно, был бы и скандал с вызовом к директору на ковер…
Это бы было плаваньем против течения – и брызги в лицо, и все недовольны, и далеко не уплывешь, и больше так нельзя.
И тут важно почувствовать границу,  где он оранжевый, как у всех, и ты ничем не рискуешь, но тебе это не нравится, где он бордово-алый, как в моем случае, ты все еще ничем не рискуешь, не нарушаешь чужие границы, а где он уже синеет вовсю, и дело пахнет жареным.
Конечно, в дальнейшей жизни так получалось не всегда. Но ощущение мне понравилось и запомнилось. Именно такое, про которое можно сказать: «О! Вот оно!».
Тогда я не думала, что случилось, и почему это так. А сейчас я думаю, что это была эмоция оптимального решения. Оптимального решения в интегральном мире, в котором элементы связаны между собой. Я делаю-таки хорошо себе (что вполне естественно, всем нам присущ здоровый эгоизм), но при этом никого не расстраиваю, никому не приношу никакого вреда, никого не злю и вообще не вызываю отрицательных эмоций.
У меня доминирует зрительное восприятие, поэтому мне удобно использовать это воспоминание в спорных ситуациях как тест. Спрашиваю себя: «Ну, и какой у нас сейчас галстук?»  И по ощущениям отвечаю. Если оранжевый, то я делаю то, что надо, но мне это в тягость. Например, не смогла сказать «НЕТ» в ответ на какую-нибудь чужую просьбу, которая мне не греет сердце и вряд ли поможет просившему. И, следовательно, веду себя не слишком-то интегрально.
Если синий, то я плыву против течения и напрашиваюсь на скандал. А это тоже не назовешь «быть в мире» с собой и самим миром, собственно. А если тот самый, как шелковая тряпочка из маминого шкафа, то тогда все в порядке. Я не нарушаю границы. И остаюсь при своем мнении.
Пионер – значит быть примером для других. А для меня это было еще отличаться, но отличаться, не протестуя и скандаля, а тихо, мирно, гармонично. Когда все плывут по течению,  то плыть не против течения, как делают некоторые смельчаки, а туда, куда мне надо.
 

Всегда без спутников, одна, дыша духами и туманами…

Препарируем Анну Вааси — часть 5, заключительная.
Я начала с собой мириться лет примерно с 30. О семье я даже и не размышляла, — отпустила этот идеал.  Успех я почти заслужила, и деньги я заработаю. Ну и зачем мне нужен мужчина? Ведь гвоздь я и сама вбить могу!

А на самом деле, как мне сейчас кажется, если женщина героически кидается на амбразуру нелюбимой работы, или демонстративно сама красит стену, или тащит тяжеленные сумки – то она как бы говорит мужчине, который рядом: «Ты не справишься».
Она своими действиями транслирует ему, что он ни на что не годится. Что она в него не верит и ему не доверяет. Не видит в нем энергии и потенциала.  Тогда он чувствует себя вправе подтвердить ее слова и укладывается на диван к телевизору. Или как-то по-другому расслабляется.
Для того, чтобы обрести любовь, нужно было сначала помириться с самой собой.
И тогда любовь перестает быть только отношениями, она просто есть – куда бы она ни шла.

Зачем Аннушка маслом рельсы поливала

А потом я пошла в ближайший магазин за хлебом и там увидела мужчину, который был похож на моего папу в студенческие годы. Он спросил, чем я занимаюсь, а ответила, что я художница, и он, искренне удивившись совпадению,  пригласил в гости посмотреть его картины. Он был не очень-то похож на художника: черный костюм, белая рубашка – для живописца это, по крайней мере, непрактично.
Я ради смеха согласилась, пошутив, «кем только не представишься в субботнее утро…», а по дороге гадала, что ж он делать-то будет? Небось и картин-то никаких нет… А оказалось, что они БЫЛИ (и ЕСТЬ!), да еще какие!
Но на всякий случай я решила ничего не рассказывать о себе. Оставалось только слушать. Очень хотелось вставить «а вот я…», но я сдержалась. И оказалось, что иногда возможен не только мой монолог с жемчужной россыпью моих же достижений. Что слушать даже интересно. У нас оказалось на удивление много общих интересов, взглядов и увлечений.  А еще он в детстве всегда возвращался из школы через тот двор, где я играла в песочнице.
<
Потом мы даже совместную выставку организовали. «Фрагменты. Желания. Выбор»
Фрагменты вызывают эмоцию, которая порождает желание. Желания противоречат друг другу, конкурируют между собой, и каждое словно говорит: «Если не исполнишь меня сейчас, то я еще вернусь – в более сложной форме». Остается их исполнять по мере важности. И мы выбираем. Или нам кажется, что мы выбираем – право или лево, голубоглазого или черноглазого, любовь или расчет, белое или красное. Желание словно пустой сосуд, который должен быть заполнен. И  тогда осуществляется выбор.
А через полтора года сын родился.
— И сейчас у вас безоблачные отношения?
Я не знаю, бывают ли безоблачные. Мы же живые люди, со своими недостатками и сильно развитым эгоизмом. К тому же, накопленный багаж и старые грабли дают о себе знать. Часто замечаю, что по привычке решаю сама. Вообще, любые отношения – это дорога с двусторонним движением. А зачастую мы пытаемся ограничить человека, который рядом… Но чтобы продолжать оставаться вместе, надо доверять и уметь разжать пальцы.
Иногда приходится разжимать.
— Какие дальнейшие творческие планы?
Я чувствую, что сейчас стою на пороге чего-то совершенно нового.
— И пару слов напоследок…
Я в первый раз рассказываю так откровенно о своем прошлом, о личных отношениях. Раньше я не понимала, что на самом деле происходит. Но сейчас я бы была рада, если бы хоть одна девушка, стоящая сейчас в позиции самопожертвования, о котором ее не просили, и читающая эти строки, задумалась, что она делает и куда это ее может привести. А еще лучше – если хоть один мужчина, читающий эти строки и лежащий на диване в прямом или переносном смысле,  открыл бы глаза и увидел, что его Василиса Прекрасная вовсе не хочет входить в горящие избы и останавливать коня на скаку. И сделал бы первым что-то такое, отчего она бы в него наконец поверила и перестала бы отнимать у него его прямую функцию.
Препарируем Анну Вааси — часть 1,  часть 2,  часть 3, часть 4, часть 5.

А ходят в праздной суете разнообразные не те

Препарируем Анну Вааси — часть 4
Я так была влюблена в собственное искусство, что больше ничего вокруг не видела. Было много процесса и мало результата. Много формы и мало содержания.
Я даже окружающих меня людей оценивала не по их личным качествам, а по тому, насколько они очарованны моими – опусами ли, картинами ли, платьями ли, величиной ли глаз…
Надо сказать, в литовском есть такая труднопереводимая фраза – Prie meno, что означает «человек искусства», а буквально – «ОКОЛО искусства», т.е. можно по идее ничего и не делать, но околачиваться где-то рядом.
 

После расставаний я всегда чувствовала огромное облегчение.  А на том берегу – сначала просили вернуться, а  потом вдруг расправляли плечи и уходили резко в гору. Там росли деревья, рождались сыновья, строились дома. А в строящиеся хоромы бывшие бездельники обильно несли мамонтов. Естественно, без меня.
Это не случайно. Потому что я, получив первый урок, его вовсе не усвоила, решив, что мир несправедлив и не увидев причины в себе. Поэтому грабли те же самые приветствовали меня вновь и вновь.
Об этом косвенно, но красноречиво свидетельствует моя первая персональная выставка «Виртуальные украшения»

Эти украшения, кажущиеся осязаемыми, существуют только на экране компьютера и под плоскостью стекла.
То, что обрамлено этими рамками – не результат кропотливой работы ювелира, и не предмет ликований усталого археолога, нашедшего материальные доказательства существования древней цивилизации.
При создании этих виртуальных украшений не было использовано ни одного рисунка или фотографии, — всё это появилось из ниоткуда, с белого листа. Это – результат направленного применения программных фильтров и эффектов, манипуляций мышки и клавиатуры в руках художника компьютерной графики.
Так что иногда обладание материальными символами могущества и власти – обманчиво. И доказательство тому – эта современная попытка отыскать философский камень, — попытка не алхимика, а художника.
Препарируем Анну Вааси — часть 1,  часть 2,  часть 3, часть 4, часть 5.

Замужем за искусством, но в разводе с собой

Препарируем Анну Вааси — часть 3
— И тогда ты бросилась наверстывать упущенное?
— Для начала я оказалась в полной растерянности. Мой карточный домик рухнул. Бабушкины идеалы, модифицированные мною, не оправдались. Мне было стыдно, как будто я дала обещание и не выполнила его. Мне казалось, что мир несправедлив.
А потом я начала возвращаться к своим мечтам, по крупицам их собирая. Меня с детства тянуло к искусству. Когда-то я писала эпатажные сочинения и рисовала на промокашках психоделические сюжеты.

И я стала двигаться во всех направлениях одновременно. Я думала, все пойдет как по маслу и будет продолжаться вечно. Ан нет. Оказалось, что жестко критиковать давно повесившегося Есенина, положившего начало принципу современного пиара (10% творчества и 90% скандала) – это запросто, и вообще никогда не существовавших в действительности полусумасшедших героев классических произведений – еще проще, а вот ныне живущих и иногда здравствующих – как-то неудобно…
К тому же, мучили страхи: набегут с просьбами о помощи друзья, которые слегка умеют бренчать на гитаре или марать холст – отказать мне будет неудобно, а петь мадригалы тому, от чего я изначально не в восторге, будет еще кислее. Правда, в музыке я не понимала ровным счетом ничего, и для меня любимая песня — это запавшие в душу стихи, положенные на какую-нибудь мелодию.
Обычным  делом для меня стало ложиться спать в 3 часа ночи, или встречать новый год одной с компьютером – нет, не в чате с живыми людьми, а в фотошопе с пусть красивой картиной, но которая всего лишь файл. Тратить все  заработанные деньги на рамки, нитки или на распечатку картин, обманывая себя, что это инвестиции. Вот тогда я и  говорила, что «искусство дороже пеленок».
Да какие там пеленки? О личной жизни вообще тогда, естественно, никакой речи быть не могло — все молодые люди, которые интересовались моей симпатичной физиономией и немного от жизни такой расплывшейся фигуркой, быстро исчезали, потому что никому не хотелось коротать вечера и выходные в одиночестве. Я особо не переживала, потому что они только мешали мне.
Препарируем Анну Вааси — часть 1,  часть 2,  часть 3,  часть 4,  часть 5.

Разводиться – последнее дело

Препарируем Анну Вааси — часть 2
Мои родители познакомились в седьмом классе и до сих пор вместе. И дедушки с бабушками жили вполне душа в душу. Бабушка говорила, что разводиться – последнее дело. И добавляла, зачем менять мыло на шило, если с этим шилом потом те же мыльные проблемы придется решать. Да ведь не все же мужей меняют, от иных и сами уходят?.. «От хорошей жены муж не уйдет», – говорила бабушка, царствие ей небесное.
Ну, коли так, то мой изобретательный ум нашел лазейку – быть для своего будущего избранника мега-хорошей и гипер-полезной.  На всякий случай, чтоб полезнее и лучше он не сыскал на всем белом свете. И главное, с самого начала правильно выбрать, чтобы желающих быть такими же полезными было не так уж много, а лучше – никого. Не любила я простых задачек.

И я выбрала. Он был музыкантом. Очень начитанным и интеллигентным. А я была отличницей. И я решила, что это навсегда. Спрашивать, согласен ли он со мной в этих суждениях, было как-то недосуг.
Еще я решила, что пусть он занимается только музыкой. А я позабочусь обо всем остальном – буду источником дохода, хранительницей очага и музой в одном лице. Буду регулярно приносить мамонтов, и не буду его лишний раз беспокоить. А он пусть творит. Сама так решила и сама же обиделась. Я тихо варила в себе тягучую боль на то, что оставила (как потом оказалось, отложила) свои цели ради целей чужих и гордилась-гордилась-гордилась своим героизмом.
Училась я на отлично, поэтому было вполне логично забросить свои детские мечты о высокой моде, живописи и актерстве и поступить на до мозга костей перспективную экономику. И дальше там тихо завывать от скуки в ожидании этих самых перспектив. Опять же — спрашивать, согласен ли он с моими планами, мне даже в голову не пришло.
— Позволь полюбопытствовать, вы до сих пор вместе? И ваши роли в семье не поменялись?
Конечно, не вместе. Было бы странно, если б это было так. Радужных перспектив от немилой сердцу экономики я так и не дождалась. И свой план реализовывать так и не начала.

Оно и понятно – мир интегрален, и каждому отведена какая-то функция, как клетке в организме. Я пыталась взять на себя чужую роль, еще и тихо восхваляя себя за самопожертвование (о котором никто не просил) и кляня мироздание за несправедливость. И к какому результату это могло привести?
Когда я заканчивала второй курс и все усерднее проедала плешь музыканту в отместку за свое же решение о перераспределении ролей, он обиделся и вскоре встретил другую.
А куда уходит человек, за которого пытаются что-то решать? Туда, где решает ОН. Где он нужен. Туда, где у него не отнимают его природную функцию, эгоистично беря ее на себя. Туда, где он сильный, где нужна его помощь, где к его мнению прислушиваются и советуются.
Препарируем Анну Вааси — часть 1, часть 2,  часть 3,  часть 4,  часть 5

Жизнь в искусстве и любви со смыслом и без

Препарируем Анну Вааси — часть 1.
Анна Вааси – дизайнер и художница в самом широком смысле. Компьютерная графика, живопись, причудливые орнаменты вечерних платьев и своеобразный стиль картин, выполненных в смешанной технике, странным образом объединяющей в себе женственную ювелирную аккуратность и грубую жесткость, эксклюзивные наряды ручной работы в стиле фриформ, путанные нити разных текстур, сотканные в единое целое,  – вот неполный перечень точек применения ее творческого начала.  А что же происходит в жизни таких людей? Остается ли время и силы на ту самую жизнь?…

-Аня, а куда ты пропала? Раньше постоянно мелькала и была на слуху – то виртуальные украшения, то участие в свадебном дефиле, то частный показ коллекции, то открытие выставки, то ювелирика. А сейчас давненько о тебе ничего не слышно. Почему?
— Растим нового человека. Скоро годик.
— ?!… Ты сама когда-то говорила, что вряд ли на это решишься, потому что «искусство дороже пеленок». И…?
— Все меняется. Воспитание – тоже искусство Я этому только учусь. Это и учебник психологии, и творческий проект на всю жизнь. Мне сейчас самой немного грустно, когда я слышу от по уши занятых карьерой женщин, как они называют любимым детищем свою работу. И я так думала. Но работу можно поменять, бросить, уйти со скандалом или без, найти получше, и забыть, как страшный сон. Можно даже картины свои оставить на чужом чердаке и никогда за ними не вернуться, — знаю такую историю. А семья – это навсегда.
— Ой ли?.. В России 89% браков кончается разводами.
— А вот этого хотелось избежать больше всего на свете! Я с детства панически боялась расставания. Больше, чем пауков, темноты и лягушек.
А вот с этого момента поподробнее…
Препарируем Анну Вааси — часть 1,   часть 2,   часть 3,   часть 4,   часть 5.
 

Как понять, что мужчина — МОЙ?

Любочка убедилась, что начальства нет, для пущей верности немного отвернула экран к себе и полезла на свой любимый женский сайт. Он не такой, как другие женские сайты, там больше смысла и меньше пустого глянца, и есть любимая кнопочка – Мой Мужчина. Так интересно читать!
И вдруг Любочка подумала: а что это такое — МОЙ мужчина? Ведь все мужчины в ее жизни были чужими.
Даже одноклассник Паша, с которым они глазели на луну на скамейке теплым апрельским вечером в десятом классе, был чужой. Он рассказывал ей об Оленьке, которая в прошлом году не дослушала его стихи и пошла танцевать с другим. Любочке Паша нравился, и потому она была с ним мила и услужлива — писала ему сочинения и решала задачки по физике. На экзаменах отдала ему все свои шпаргалки. Но, несмотря на задачки, шпаргалки и сочинения, Паша оставался чужим — Олиным, хотя Оля об этом даже не подозревала.
Потом Любочка все четыре курса тихо вздыхала по подружкиному кавалеру. Иногда они ходили в кино втроем. Ну, этот-то по определению был чужой – подружкин.
Потом была первая работа и всегда подтянутый, свежевыбритый Данила в очках в позолоченной оправе – икона успеха. Так тот и вовсе чужой муж…
Потом на горизонте появился кудрявый Арсен, который влюблялся без памяти раз в две недели. Каждый раз – пылко, навсегда, устраивал сцены ревности и дарил охапки бордовых роз. Арсен атаковал Любочку целый месяц . Весь следующий месяц Любочка атаковала его… Но потом поняла — он тоже был чужой, вернее, общий.
И даже родной муж – и тот был чужой. Угораздило его как-то в минуту откровенности рассказать Любочке про Азизу. С Азизой его связывало неосуществившееся прошлое. Они работали в одном здании и иногда пересекались взглядами в лифте. Иногда сталкивались в курилке. Но оба молчали. У него был шанс пригласить ее в ресторан, но как назло тот день в кошельке не было денег, и он опять промолчал. Через неделю она сказала, что у нее сломалась машина. Это был очень ясный намек, но его машина была такая грязная, что он не решился предложить ее подвезти. Предложил кто-то другой. И про дальнейшую судьбу Азизы ему ничего не известно. Больше 10 лет прошло.
Так что, у Любочки было перманентно-чемоданное настроение. А вдруг Азиза появится из-за какого-нибудь угла, не станет же Любочка мешать их долгожданному счастью! Да и вообще, было б человечнее помочь мужу ее отыскать, а не сидеть сложа руки и ждать, когда она свалится на него и соответсвенно на Любочку и их налаженный быт, как снег на голову. Но так не хотелось быть в очередной раз человечной, хотелось быть просто женщиной.
“Так что же такое — «МОЙ мужчина»?” — почти с возмущением спросила себя Любочка. Наверно, тот, кого не надо искать или ждать, не надо с кем-то делить и гадать, чей он, а который просто есть. Даже если его нет. Не может же быть, чтобы я, созданная женщиной, была всегда лишняя…

Как попасть в «свою тарелку»?

…Владельцу парикмахерской на углу, 19-летнему Юре, стыдно даже в кругу друзей признаться, что у него такое, мягко говоря, немужественное занятие. Какие-то прически, бигуди, краски, когти, то есть ногти …тьфу!
Лучшая прическа, по мнению Юры – это стрижка наголо, ну а если женская – то русая коса до пояса. А ногти вообще непонятно какую функцию выполняют. Прежде всего, они должны не мешать. Никому.
Занятие Юре придумала мама, которой оно надоело. Она хотела помочь ему найти свое место в жизни. Надо же мальчику чем-то заняться, если он с первого раза не поступил в институт. Вдруг не поступит и со второго? К слову, в школе он учился не слишком усердно, больше времени проводил в спортзале, а всякую математику и литературу прогуливал. Маму частенько вызывали в школу за регулярные драки сына, чуть не каждый день приносившего домой синяки и, похоже, щедро раздававшего их другим. Вот бы и дальше их раздавать! Только бы придумать что-то, чтобы за это ничего не было…
Мама отдала в его руки готовый бизнес – только приезжай и контролируй. Что он с неохотой и делает иногда. Приезжает с хмурым видом, открывает ногой дверь, от чего немногочисленные парикмахерши и  маникюрши становятся по стойке смирно и трясутся мелкой дрожью.
Он мечтает совсем о другом: ну, хотя бы оказаться директором охраны банка. Вот там бы он устроил!..
Тем временем, мама винит кризис – и в том, что сын не поступил в институт, и в том, что дела в парикмахерской стали идти хуже.
Но она не задумывалась о том, что такое кризис. А кризис не от того, что горстка заморских умников что-то намудрила, осуществив хитроумную финансовую махинацию. Не от того, что вдруг кончается нефть или золото.
Кризис оттого, что связи в нынешнем мире нарушены настолько, что все Серафимы, Юры и Петры Михайловичи не нашли свое место в жизни и массово не выполняют ту функцию, для которой они предусмотрены и которая предусмотрена миром для них.
Цикл статей «Современные причти о месте в жизни и о нарушенных связях»

Читайте  также:

На чужом месте свое счастье не построишь?
Серафима мечтает о главном…